Стихотворение “Симфонический оркестр”

Дирижер рукой взмахнул,
И раздался странный гул,
А за ним протяжный звон,
Грохот, гул со всех сторон.

Взмах еще — и тишина,
И струна звучит одна,
Это скрипочка запела,
Неуверенно, несмело.

Снова взмах — и скрипок море
Забурлило в дружном хоре.
А затем раздались трели,
Это звук виолончелей.

Взмах рукой — поет валторна,
Взмах — мы слышим звуки горна,
Где-то арфы перезвон,
И трубы призывный стон.

Звуки все наперебой,
Но не хаос здесь, не сбой,
Здесь звучит произведенье —
Оркестровое творенье.

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (3 оценок, среднее: 4,33 из 5)
Загрузка...
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментариев: 1
  1. Борис Неменов

    С и м ф о н и ч е с к и й о р к е с т р

    В е н о к с о н е т о в

    Скрипичный ключ причудливой петлёй
    Встал впереди пустого пятистрочья,
    А перебранка нот между собой,
    Напоминает ярмарку сорочью.
    На верхней строчке – флейты и гобой.
    Затем фагот, валторны и кларнеты…
    И я, в любви к симфонии, порой
    Готов побыть на час её клевретом.
    Прочтение редакций партитур
    Порой сродни принятию микстур,
    Хоть, может быть, сравнение неловко.
    Скрипичный ключ – галантный кавалер,
    Нас поражая светскостью манер,
    Изящный стан обнял, склонив головку.

    Изящный стан обнял, склонив головку…
    Что ждёт нас там, в трущобе партитур –
    Баталии, палитры, зарисовки?
    И выдержим ли тему без купюр?
    Прекрасен мир! Он нежен и жесток!
    Наполнен он любовью до предела.
    Я в будущее вглядываюсь смело.
    А музыка мне – и судья, и бог!
    Но как сыграть стремительный пассаж,
    Чтоб в ритм вписалось чёткое стаккато,
    И зазвучал божественно габой?
    Как бриг мне этот взять на абордаж?
    Скрипичный ключ на страже, как солдаты…
    Даёт оркестру нота «ля» настрой.

    Даёт оркестру нота «ля» настрой.
    И тут же какофоний эскапады
    Со сцены в зал стекают водопадом,
    Бьют по ушам, как в берег бьёт прибой.
    В тех звуках жизнь. И смерть. И чувства ток.
    В них ревность и любовь одновременно.
    В них гордость, стыд. В них верность и измена…
    А на пюпитре – с нотами листок.
    Но постепенно затихает гам.
    «Ударник не из нашего оркестра?!»
    Расселись оркестранты по местам
    И зрители приветствуют маэстро.
    Плоха иль хороша аранжировка –
    От первой скрипки ладу заготовка.

    От первой скрипки ладу заготовка…
    У этих скрипок выше голоса.
    Их звук от сердца мчит под небеса.
    Повыше. К богу. И без остановки.
    Смычком по струнам – оголённым нервам!
    За горло гриф – и правду лишь изволь!
    И плач. И боль. И непременно первым…
    И не забыть ещё про канифоль!
    Порой ей достаётся больше всех!
    И спрос с неё, как от одной из главных,
    Хотя в ансамбле, впрочем, все на равных!
    И крепко руку жмут ей за успех!
    Вот присмотрись, нарочно, погляди –
    Вторые скрипки будто позади!

    Вторые скрипки будто позади…
    Но им доступны всплески страсти жгучей.
    Грудной их голос, бархатно-певучий,
    Нетрудно чутким ухом уловить.
    В том голосе есть крохотный росток –
    Надежды и тревоги ожиданий,
    И краткость мне подаренных свиданий,
    И выпитый мной нежности глоток.
    Вторые скрипки – это целый мир.
    Наполнив ими звучные аккорды,
    Ансамбль вторых скрепляет звуков пир,
    Как два конца дуги скрепляет хорда.
    Вторых обидеть было бы безумством…
    Грустят альты вздыхая, с тяжким чувством.

    Грустят альты вздыхая, с тяжким чувством…
    Зато певучий звук виолончельный –
    Красивый, полный, яркий, как сочельник,
    Как сгусток животворного искусства.
    Смычковый вздох я не испорчу взмахом –
    Пусть вылетает, плавно навеваем…
    Сниму одним прикосновеньем Баха,
    Что на конце смычка так осязаем.
    Сыграй сонату для виолончели,
    Как виртуоз, и может так случится,
    Что тишины обманчивой качели
    В многоголосье «forte» обратится.
    И пусть поможет Ариадны нить
    Виолончели голос различить.

    Виолончели голос различить
    Нетрудно, если вслушаешься вправо.
    Восторженно кричим мы «бис!» и «браво!»
    Желая удовольствие продлить.
    Но наслажденья не даются даром –
    Приходится втройне за них платить…
    Душа умчалась с музыкой к Стожарам
    И нам её уже не возвратить.
    Звучанье духовых плывёт по сцене,
    Готовя слух наш к звуков перемене…
    И можно здесь дать выход нашим чувствам…
    Медь выдувать из тубы и тромбонов,
    Сегодня, так же , как во время оно,
    Необходимо обладать искусством.

    Необходимо обладать искусством
    Переложить симфонию в клавир.
    Здесь иногда и признаный кумир,
    Порой, неверно выбирает русло.
    Звучит оркестр раскладывая ноту
    На тысячи оттенков и тонов.
    И внемлет мир рождению чего-то
    Тревожно-нежного – из глубины миров.
    Лирическая тема размягчает…
    Но нас к реальной жизни возвращает
    Бой барабанов – резок, шумен, груб!
    Влекут по нотам дальше без улыбок
    Не звуки мелодичных, нежных скрипок,
    А звук тромбонов и различных труб.

    А звук тромбонов и различных труб
    Нам предвещает окончанье сласти –
    Сейчас взорвутся бешенные страсти –
    Здесь Вам театр, а не сельский клуб!
    Моя душа, как пленница Земли,
    Пытаясь разорвать границы круга,
    Свои надежды и мечты свои,
    В мелодиях симфоний ищет друга.
    Венок взаимосвязаных сонетов
    Пишу натужно – правду не таю!
    И, в трудном стихотворчестве поэтов
    Я музыки созданье познаю.
    А тембр, рождённый напряженьем губ,
    Нам как и скрипка – сладостен и люб.

    Нам, как и скрипка, сладостен и люб
    Задорный говор медных инструментов.
    И, хоть мундир их весь из позументов,
    Тяжел суровый тембр грозных туб.
    Вот выдаёт трубач своё сфорцандо,
    Звук меди переплавив в серебро.
    Звучит тромбона плавное глиссандо
    В чарующем, Равеля, «Болеро».
    И с наслажденьем слушаем повторно
    Рыданья «подсурдиненой» валторны,
    Дыханье затаив, в огромном зале.
    И если честно, строго и серьёзно –
    Да, духовые тоже виртуозны!
    И ведь без них оркестр жив едва ли.

    И ведь без них оркестр жив едва ли…
    Вот трубочки из Нильских тростников –
    Ласкали слух Египетских богов,
    И флейтами они с годами стали.
    Поют легко, раздумчиво – как дышат:
    Сквозь годы и века, давным-давно…
    Нам кажется, что ухо правду слышит,
    Но до конца не скажут всё равно.
    Волною лодку закачает лето,
    Зашелестит осока о корму,
    Заплачет горько-горько флейта где-то,
    Неведомое что-то никому.
    А звуки флейт – загадка не годам!
    Их я неверно, видно, передам.

    И я неверно, видно, передам
    Палитру звуков грубыми словами.
    Задача эта мне не по плечам,
    Вы попытайтесь это сделать сами.
    Вот адский вихрь страстей отбушевал,
    Но не видать влюблённым больше света,
    И о любви своей , девятый вал,
    Поёт Франческа голосом кларнета.
    А вот гобоя бархатный напев.
    Мечтательно-ленивый перепев.
    Преследует всё время по пятам.
    И сдерживать восторг свой неохота
    Под звук своеобразного фагота –
    Биенья сердца бешенный там-там.

    Биенья сердца бешенный тамтам
    В нас вызвали удары барабана.
    Не дрогнула. Поёт меццо-сопрано.
    Звук грома всё расставил по местам.
    Ударил гонг, литавры и тарелки !
    В горнило битвы бросил нас оркестр.
    И надо биться! Тут уж не до спевки …
    Побед не так велик у нас реестр.
    Звон колокольный полнит всё вокруг
    И уступает ему чёткий ритм,
    Как волны, что дробятся о гранит.
    А гром ударных оборвался вдруг.
    И снова скрипок струны зарыдали…
    И чистый звук концертного рояля.

    И чистый звук концертного рояля.
    Открыта крышка. Руки на колени.
    Размяты пальцы. Клавиши в оскале…
    И мысль :« Я – гладиатор на арене!».
    Вот первые аккорды прозвучали
    И звук поплыл в заворожённый зал…
    Пропало напряжение начала,
    И музыка взошла на пьедестал!
    И все века, эпохи и народы
    Сошлись здесь вдруг у рамповых границ.
    Сквозь толщу времени играет пианист…
    Играет виртуоз… Проходят годы…
    А он стоит с поднятой головой –
    Скрипичный ключ, причудливой петлёй…

    Скрипичный ключ причудливой петлёй
    Изящный стан обнял,склонив головку …
    Даёт оркестру нота «ЛЯ» настрой.
    От первой скрипки – ладу заготовка.
    Вторые скрипки будто позади…
    Грустят альты вздыхая,с тяжким чувством…
    Виолончели голос различить
    Порою нужно обладать искусством.
    А звук тромбонов и различных труб
    Нам,как и скрипки,сладостен и люб.
    И ведь без них оркестр жив едва ли.
    И я неверно, видно, передам
    Биенья сердца бешенный тамтам,
    И нежный звук концертного рояля.

    © Copyright: Борис Неменов, 2012
    Свидетельство о публикации №112102902069

Добавить комментарий